Рефлексии относительно моей жизни, я хочу начать со слов благодарности моему Возлюбленному,  Иисусу. Всё, что произошло, является для меня доказательством Его присутствия и ведения.   

Я помню мысль, которая овладела мной, после вступления в монастырь: какая же простая и лёгкая моя жизнь, как  мне хорошо везёт и всё удаётся..., полная семья; очередные этапы образования я начала и окончила, без никаких препятствий, и сейчас  - призвание...   

Это выразительно свидетельствует о том, что тогда  я была совсем малосознательной. В действительности приходили в голову также другие, более глубокие  и тонкие мысли, которым я не придавала значения: почему я постоянно чувствую  себя плохо? Почему я не умею завязывать глубокие личные отношения, почему они меня беспокоят? Почему мне так больно, когда другие оценивают меня, независимо от того, как - положительно или отрицательно. Почему для меня люди недобророжелательны? Тогда я думала об этом и задавала себе такие вопросы. Сейчас  я могу ответить: я не замечала человеческой  доброжелательности.
Некоторое время спустя эти вопросы становились более настойчивыми, мучительными, они изнутри разрушали меня. Увеличивалось одиночество, чувство отчуждения, наконец страх. Постепенно мне стало понятно, что возникла проблема, которой следует серьёзно заняться, и её не разрешат временные разговоры с Начальницей. После нескольких лет внутренней борьбы, я начала групповую терапию.   

Лишь тогда, на терапии, я вполне поняла, что воспоминания о моём детстве, были лживыми. В моей полной семье, живущей тогда в достатке, скрывались маленькие и большие драмы. Я их не буду описывать по двум причинам. Во-первых, напрасно было бы добавлять очередной, хорошо известный сценарий. Во- вторых, что- то другое я хотела подчеркнуть, так как что-то другое является для меня ценностью. Ценность это возможность возрастания, выхода из кризиса, возможность внутреннего развития. Я монахиня, и вот поэтому, моё возрастание на уровне человеческого развития, точнее – психологического,  должно идти, и шло, параллельно с духовным развитием; я открывалась на принятие благодати. Вероятно, что в каждой, плодотворно прожитой, терапии заключается один элемент открытия на ведение Божье, но для меня это было особенно важно и как бы программно. Эти два уровня в моей личной истории всё время соприкасались и проникались. Об этом я хочу рассказать.

Время терапии было для меня очень трудным. Трудность состояла в соединении жизненных требований, вместе с изнурительным изучением понимания и представления себя. Уже тот  факт, что раньше в моём сообществе никто не принимал участия  в групповой терапии, и в связи с тем, многие сёстры не понимали меня или, просто, не хотели – это было уже довольно большим вызовом. Я понимала беспокойство моих сестёр, хотя я ещё не умела тогда показать им, что я их понимаю.   С другой стороны, я была уверена в том, что избрала верный путь, и каждое моё желание порядка, в сущности,  является желанием Бога. Я старалась не потерять из виду цель – изучение себя, чтобы полнее и лучше служить Богу и людям. Это была, конечно,  неотложная цель – справиться с внутренней болью, избавиться от неё  или, по крайней мере, где-то разумно её поместить. Однако,  я знала, что это временная цель,  и, может быть,  даже более средство, чем цель.

Тяготы терапии заключались также в признании правды обо мне и моей семье, в принятии диагноза, который я услышала. В самом деле, мне было тяжело отбросить этикет порядочной семьи, отказаться от её хорошей оценки и, может быть,  более от своей. Однако, наконец,  мне надо было поддаться тяжести фактов – я слишком тяжело почувствовала на себе последствия моей прежней  жизни. Внутреннее желание правды было очень сильно, и оно становилось началом моего возвращения, потому что так определяю эту изнурительную терапевтическую работу.

Плоды терапии удивили меня. Прежде всего, прошло время, когда я обвиняла родителей в моём внутреннем страдании; я быстро поняла, что прошлое уже не влияет на меня так, как могло бы показаться, и как было бы мне, по существу, удобно, и я поняла, что во многих случаях качество моей жизни зависит от меня. Таким образом, опыт терапии стал для меня опытом моих собственных пристрастий и упущений. Может быть, что такие пристрастия характерны для многих людей, но        у меня был ещё дополнительный повод, чтобы их развивать: зло, которое мне причинили. Большим переломом было для меня освобождение от таких размышлений, и одновременно,  я с радостью могла управлять своей жизнью, также внутренней. Вдруг оказалось, каким большим даром является для меня свободная воля, которую поддерживает  Святой Дух.

Я училась управлять собой и переносить своё внимание,  главную точку заинтересованности, из моего страдания во внешний мир и его нужды. Получился ответ на вопросы, которые были заданы в начале, вопросы, касающиеся плохого самочувствия, отсутствия соотношений и человеческой доброжелательности. Ответ звучал: я слишком сосредоточена на себе, вспоминаю свои обиды и я не в состоянии заметить и пережить что-то другое. Я поняла, что  дело не в том, чтобы избавиться от страдания, но и том, чтобы не концентрироваться на нём, и тогда оно парадоксально утихает. Кроме того, это страдание можно поручить Иисусу, это действительно реальная возможность. Живым стал для меня стих Псалма 18: «Господи, Бог мой просвещает тьму мою». Только Иисус, мой Господь Бог знал, что обозначает «тьма моя», и сколько Он даёт мне, просвещая её. Эти знания требовали огромного труда и продолжались много лет, и, собственно,  продолжаются дальше. Каждая победа подтверждает то, что следовало её предпринять, так как прибыль многократно превышает усилие.    
 
Вторым важным плодом терапии был опыт прощения. В начале я сражалась с возвращающейся грустью и болью. Наступил такой день, когда я поняла, что также прощение является решением воли; его динамика иная, чем динамика чувств. Чувства могут возвращаться, но по отношению к мыслям, которые начинают припоминать болезненные ситуации, воля может сказать «стоп», этого уже нет, это уже прощено. Через некоторое время такой практики оказалось, что даже мои чувства не в состоянии поддаться и медленно приглушиться, если я так хочу. Я помню, что это было для меня необыкновенным открытием, после которого я начала просить Иисуса, чтобы в каждой ситуации дал мне время для моей реакции, значит, чтобы в моей жизни было меньше  чего-то неожиданного. Я сразу не умела ещё правильно реагировать. Дело было не в том, чтобы простить то, что было в прошлом, а наоборот, то, что ныне, и чтобы сердце было свободным от обиды на кого-либо – в каждой минуте свободным для Иисуса. Моя восприимчивость к обидам и чувствительность была и есть большим вызовом, но не таким, с которым Дух Святой не мог бы справиться.

Важным аспектом прощения является для меня также отречение от ожидания обид в будущем, то есть преодоление подозрительности и недоверия по отношению к другим. Я помню такой момент, когда во время моления я решила, что не буду управлять своим страхом, в конкретном внешнем действии, в отношениях с людьми. Это решение происходило от Иисуса, и Он меня благословил, потому что позже я убедилась в том, что  лучше подвергнуть себя наивности, чем хотя бы раз обвинить кого-то несправедливо. Защищая другого человека, я всегда буду испытывать покой, но обвиняя – никогда. Это открытие было явным оздоровлением мысли и воображения, а также, в известной степени, и воли.

На этом я перерываю описание моего пути. Я говорю перерву, и не окончу, так как эта история ещё не окончена. Я сознательна, что надо ещё много сделать, и что Господь приготовил для меня обилие благодати. Я уже знаю, что глубокое познание самой себя придаёт вкус жизни и к этому надо стремиться. Я никогда не избавлюсь от  моих чувствительных мест, которые легко поранить, однако теперь эти места, как стигматы;  вот я из-за этого, похожа на моего распятого Возлюбленного, там место для самой близкой встречи. Он учит меня не сосредоточивать внимание на себе и на своём страдании – и в этом я хочу быть похожа на Него.

Я знаю, что вновь почувствую благодать. Я знаю, так как это подсказывет мне испытание;  Иисус никогда не оставил меня без возможности разрешения какой- либо проблемы, если только видел, что я готова принять его решение и, действительно,  прошу об этом. Многократно я чувствовала, что Он ожидал моего согласия, моего открытия, чтобы войти в моё сердце и щедро одарить меня. Я уверена в том, что в дальнейшем так и будет.